20.09.2019

Зачем Федрезерв закачивает деньги в финансовую систему

Ответ лежит в краткосрочных проблемах и структурных изменениях на рынке

На этой неделе забарахлил один из главных источников ликвидности, что тут же спровоцировало панику на рынке — а не слишком ли далеко зашел Федрезерв со сворачиванием послекризисных мер?

Операции РЕПО служат своего рода смазочным материалом, благодаря которому механизмы финансовой системы продолжают крутиться, а различные участники рынка имеют возможность заимствовать и одалживать друг другу капитал для покрытия краткосрочных потребностей в наличности.

Во вторник эти механизмы застопорились. Так называемая ставка РЕПО взлетела к максимуму в 10%, хотя обычно торгуется наряду с целевым диапазоном ФРС 2-2.25%. ФРБ Нью-Йорка пришлось вмешаться и закачать в систему десятки миллиардов долларов в попытке исправить ситуацию, удвоив сумму в среду в рамках второго раунда краткосрочных вливаний.

Что же на самом деле происходит на рынке? Дело в специфических краткосрочных проблемах, а также в серьезных структурных изменениях на финансовых рынках, которые произошли за последние годы, когда Федрезерв активно сворачивал меры после масштабных покупок облигаций в целях стимулирования экономики, пострадавшей от финансового кризиса. Ситуация привлекла такое пристальное внимание, потому что ФРС, возможно, зашла слишком далеко и невольно ослабила хватку в вопросе монетарной политики.

Почему именно сейчас?

15 сентября — последний день уплаты налогов в корпоративном секторе США. Некоторые компании готовятся к налоговому периоду, заранее накапливая необходимую наличность и размещая ее в фондах денежного рынка. Это такие краткосрочные инвестиции, использующие рынок РЕПО для кредитования наличными на короткие сроки с небольшой доходностью. Теперь, когда 15 сентября позади, эта наличность покинула рынок, что привело к дефициту долларов.

В то же время казначейские облигации почти на $54 млрд поступили на рынок после аукциона долговых обязательств. Это повлекло волну спроса со стороны желающих взять заем наличными для финансирования покупки этих облигаций. Другими словами, рост спроса на наличность возрос одновременно с сокращением предложения.

Но аналитики говорят, что два этих события не могли спровоцировать ситуацию на рынке РЕПО, которую мы наблюдаем на этой неделе. Основная причина носит более структурный характер.

Федрезерв сокращает размер своего баланса, что в свою очередь способствует снижению уровня наличных резервов, которые банки держат на балансе регулятора. В 2014 году «избыточные резервы» кредиторов на балансе ФРС составили $2.9 трлн. С тех пор эта цифра сократилась до $1.3 трлн, где держалась все лето. Сокращение резервов наличности означает снижение объема доступных денег в банках для краткосрочного финансирования на случай стрессов.


«Налоги выплачивались и в прошлом. В данном случае особенностью является тот факт, что регулятор начал количественное ужесточение. Компании выкачивали с рынка наличность, и такое сочетание привело к критической ситуации», — поясняет Джон Холл, стратег по процентным ставкам в BMO Capital Markets.


Низкий уровень резервов

Федрезерв не знает точный минимальный уровень резервов, необходимый банкам для эффективного функционирования. В документе, опубликованном ФРБ Нью-Йорка в июне, говорится, что этот уровень должен составлять около $1 трлн. Лори Логан из ФРБ Нью-Йорка в 2017 году заявил, что этот «уровень станет известен, ка только мы его увидим».


«Повышательное давление на процентные ставки овернайт — самый яркий индикатор дефицита резервов. Продолжительный рост ставок послужит сигналом о том, что размер резервов уже не дотягивает до объема, необходимого для сохранения контроля над ставками», — считает чиновник банка.


Таким образом, события этой недели показывают, что, возможно, мы как раз увидели уровень, о котором говорил Логан.

Будет хуже?

Да. Федрезерв завершил сокращение своего баланса и держит его неизменным. Активы банка сейчас стабильны. Но банковские резервы — это одно, а объем наличности на баланс казначейства — совсем другое.

На наличном счете ФРС Министерство финансов всегда держало около $5 млрд. Но с 2015 года эта цифра возросла до $400 млрд — этого достаточно, чтобы нивелировать целую неделю непрерывного оттока капитала. По состоянию на 11 сентября объем средств составил $184 млрд. Также имеет место динамика наличной валюты в обращении, объем которой растет в соответствии с показателем ВВП, отмечает Хилл из BMO Capital Markets.

Если два этих показателя растут, что-то должно падать, чтобы взаимосвязь обязательств с активами не нарушалась. Это оказывает дополнительное понижательное давление на уровень банковских резервов, вытягивая наличность из рынка.

Что можно сделать?

Есть несколько вариантов решения проблемы. В ходе вчерашнего заседания Федрезерв мог бы снизить ставки по банковским резервам, чтобы удержать в целевом диапазоне другие краткосрочные процентные ставки, включая РЕПО. Также Центробанк мог бы снова начать наращивать свой баланс, чтобы поспеть за темпами роста валюты. В конце концов можно было бы ввести операции РЕПО постоянного действия.

В результате этот клапан перманентного давления мог бы ослаблять давление на рынке в обоих направлениях. Во вторник ФРБ Нью-Йорка пошел на драконовские меры, когда совершил интервенцию на рынке с целью ослабления давления. Наличие такого инструмента постоянного действия позволило бы проводить такие операции на регулярной основе.


«Безусловно, в их арсенале должен быть такой инструмент. Это в некоторой степени неизведанная территория. Во время кризиса на сигналы рынка реагировала монетарная политика, а сейчас мы имеем дело с другой парадигмой, где Федрезерву придется прийти к новым решениям для адаптации к новым условиям», — отметил Джанаки Рао, портфельный управляющий AllianceBernstein.

 

profinance